До последнего слова  - Тамара Айленд Стоун

Идея написать книгу о подростке, страдающем обсессивно-компульсивным расстройством (ОКР), возникла у меня четыре года назад – тогда близкому другу нашей семьи в возрасте двенадцати лет поставили именно такой диагноз. Я прониклась огромным сочувствием к этой девочке, которая отчаянно сражалась с бессонницей, пыталась понять слова и поступки своих друзей и контролировать поток мрачных, зачастую пугающих мыслей, унять которые было совершенно невозможно.

Я понимала, что она не одна такая. И мне хотелось больше узнать о подобном расстройстве, понять, каково это – жить с таким сознанием. Она охотно делилась со мной своим опытом и, к моей огромной радости, согласилась помочь мне в работе над этим романом.

В последние два года я много читала об ОКР и так называемой чистой обсессии, явлении, при котором обсессии – то есть навязчивые мысли и образы – оказываются куда сильнее и опаснее внешних раздражителей и компульсий. Я узнала, что многие специалисты считают этот термин ошибочным и говорят, что компульсии присутствуют в любом случае, просто их проще скрывать. Однако многие люди, страдающие ОКР, употребляют термин «чистая обсессия» для обозначения состояния одержимости исключительно мыслями, чтобы его было проще отличить от характерных и известных внешних проявлений, например – ритуального мытья рук или проверки замков.

Я прочла сотни блогов, написанных как взрослыми, так и подростками, страдающими ОКР или «чистой обсессией». Внимательно изучила множество статей и медицинских журналов, полных исчерпывающей информации о методах лечения и соответствующих медикаментах. Я консультировалась со специалистами в области психического здоровья, чтобы в моем художественном произведении ОКР было изображено максимально точно, а также чтобы показать ценность прочной связи между пациентом и психиатром. Это был очень вдохновляющий, полезный и трогательный опыт.

В ходе моих исследований меня особенно заинтересовал метод экспозиционной терапии, подвида когнитивно-поведенческой психотерапии. Впечатлившись им, я решила включить его в роман. Он описывается в эпизоде, когда мама Сэм дает ей ножницы, чтобы доказать: Сэм способна противостоять своим страшным, агрессивным мыслям. И хотя из текста об этом можно догадаться, важно понимать, что до этого эпизода (1) Сью и Сэм успели опробовать экспозиционную терапию в ходе своих сессий; (2) Сью обучила маму Сэм, чтобы та могла оказывать своей дочери поддержку в режиме 247; (3) Сью и мама Сэм действуют сообща и постоянно общаются для того, чтобы совместными силами бороться с расстройством девушки. Мои профессиональные консультанты подтвердили, что, хотя довольно нетипично проводить экспозиционную терапию вне постоянного врачебного наблюдения или подключить к этому процессу родителя, при наличии соответствующих условий они все же к ней прибегают. Однако это безусловно должно происходить под наблюдением профессионалов.

Когнитивно-поведенческая психотерапия дается нелегко и на эмоциональном, и на физическом уровне, особенно если ее курс растягивается на несколько недель или даже месяцев. Впоследствии пациенты могут вернуться к традиционной «разговорной терапии», в рамках которой Сью и общается с Сэм на протяжении большей части книги.

И хотя это художественное произведение, отношения между Сью и Сэм во многом повторяют отношения между реальным подростком, вдохновившим меня на эту книгу, и его психотерапевтом. Пока писала роман, я еще больше впечатлилась их взаимопониманием и стала сильнее уважать специалистов в области психического здоровья, особенно тех, кто работает с подростками.

Если кто-либо из вас страдает ОКР, тревожных состоянией, депрессией или любым другим психическим расстройством, очень советую вам найти свою собственную Сью. Она (а может, он) очень вас ждет и жаждет помочь. Вот несколько надежных сайтов, с которых можно начать свои поиски: www.sfbacct.com/, www.teenmentalhealth.org/, http://www.beyondocd.org/just-for-teens и https://www.kids.iocdf.org/.

Закончить хочу новостями о состоянии девушки, которая и вдохновила меня на написание этой книги. К. уже шестнадцать. Я так и не смогла уговорить ее заняться плаванием, но она начала писать стихи, и, хотя пока неохотно ими делится, это занятие оказывает на нее благотворное воздействие. Она нашла настоящих друзей, рядом с которыми чувствует себя комфортно и спокойно, даже встретила своего собственного Эй-Джея. Недавно она храбро решила поступать в колледж, где планирует изучать психологию, чтобы и самой однажды стать психотерапевтом. Словами не описать, как я ею горжусь.